Комната медленно наполнялась дымом. Через некоторое время появилось ощущение, что стоишь в тумане посреди бескрайнего поля, реальность начинает меркнуть и пропадать. А была ли она на самом деле?

Все закручивается по спирали, вверх и вверх, так что кружится голова и начинает тошнить, сердце уходит в пятки, мозг не совсем успевает следить за мыслями, которые начинают жить своей собственной жизнью. Впереди виден свет, но успеешь ли ты долететь?

Слух обостряется до предела, перед глазами то же самое марево, что и минуту назад, что-то светится, кажется, что какие то фигуры с фонариками бродят в густом как кисель тумане.

Стена из какой-то непонятной материи с дырками, похоже на сыр, но она серого цвета, поэтому, это скорее напоминает кофту поеденную молью. Она надвигается, кажется, что тебя расплющит, но ты успеваешь проскочить в спасительную дырку и летишь к следующей. И так до бесконечности.

Бывает, что реальность сжимается до маленькой точки, такой маленькой, что ты можешь аккуратно продеть ее в игольчатое ушко. Ты можешь положить ее на ладонь и покатать как бусинку, поиграть с ней, пока она такая, ее прикосновения приятны, это как кусочек теста, который ты только что скатал из свежего хлеба: теплый и мягкий. А потом, раз, щелчок, и она опять заполнила весь мир вокруг тебя. Тебя накрывает холод и озноб.

Иногда на тебя накатывает волна неописуемой радости, иногда хочется разорвать себя на части и рыдать, умываясь холодными слезами. Дым превращается в осязаемые фигуры, которые как бы существуют, но они всего лишь находятся в твоем воображении. Ты вытягиваешь руку и пытаешься потрогать то, чего нет. Это наваждение.

В ушах стук барабанов, это ритм шамана. Фигуры вокруг костра танцуют и поют, потные блестящие тела равномерно двигаются в такт музыке. Становится все теплее и теплее, горячо. Костер меркнет, и люди переходят танцевать на красные еще не остывшие угли. Остервенело бьют пятками, пыль золы поднимается до уровня пояса и липнет на мокрые тела. Они все двигаются и двигаются, постепенно погружая все вокруг себя и себя самих в бесцветное пыльное марево.

Окно распахивается, и дым быстро выветривается. Становится свежо. Пепел, медленно паря в воздухе, падает на причудливый узор ковра, сквозняк играет серыми частичками, и они катятся по ворсу цепляясь и распадаясь на ходу. Реальность обретает четкость. Память услужливо все затирает. Детали меркнут и забываются.

Все уходит.